INFANTRY CLUB - Cold War and Alternative History - Подготовка кораблей подводной эскадры.
INFANTRY CLUB Cold War and Alternative History
Пятница, 24.02.2017, 12:23
Приветствую Вас Гость
| Мой профиль | Регистрация | Вход
Меню сайта

Проекты

Холодная Война

ПРОПАГАНДА

Наши Друзья

М16. Армейский магазин

Зона О.Т.Ч.У.Ж.Д.Е.Н.И.Я.




Поиск

Статистика

Подготовка кораблей подводной эскадры.

В июле 1962г. особым распоряжением была образована 20 эскадра подводных лодок, в которую вошли:

69 бригада подводных лодок. Командир контр-адмирал Евсеев И.А.

«Б-4» — капитан 2 ранга Кетов Р.А.,

«Б-36» — капитан 2 ранга Дубивко А.Ф.,

«Б-59» — капитан 2 ранга Енин, осенью его сменил капитан 2 ранга Савицкий В.Г.,

«Б-130» — капитан 3 ранга Шумков Н.А..

18 дивизия подводных лодок. Командир контр-адмирал Пархомюк И.Л.

«К-36» — капитан 2 ранга Шейченко А.А.,

«К-91» — капитан 3 ранга Шабалин Л.Н.,

«К-93» — капитан 2 ранга Околелов В.П.,

«К-110» — капитан 2 ранга Шпунтов В.Ф.,

«К-113» — капитан 2 ранга Скороходов В.Г.,

«К-118» — командир 285 экипажа капитан 3 ранга Кириллов Г.Д.,

«К-153» — капитан 3 ранга Лебедько В.Г..

Кроме лодок, в эскадру входили плавбаза «Дмитрий Галкин», плавбаза «Федор Видяев» и 5 отдельная техническая позиция.

                 Командовавший тогда ракетной дизельной ПЛ «К-153» Владимир Георгиевич Лебедько вспоминал: «Все лодки и корабли эскадры собрали в Ягельную и расставили у плавбаз и пирсов. Отход от пирсов происходил только в случае истечения сроков опреде­ления и уничтожения девиации магнитного компаса и радиодевиации, прохож­дения мерной линии и размагничивания Оружие у всех было принято полнос­тью. На каждую подводную лодку было выдано по четыре противоосколочных пехотных каски из расчета: для командира, вахтенного офицера, сигнальщика и одна запасная. Приезжала масса проверяющих из штаба флота и из управлений, отделов тыла флота. Каждый раз было много замечаний. Высматривали все. Так, например, после нескольких комиссий, один дотошный проверяющий нашел у меня на камбузе поржавевший винт из тех, что крепит разделочную доску к сто­лу. И это стала темой для разговоров у начальника штаба. Что касается такти­ческой подготовки, то она, в общем, была отдана на откуп командирам. Мною было разработано групповое упражнение для вахтенных офицеров по преодоле­нию зоны противолодочной обороны, несколько тактических летучек по укло­нению от оружия противника. Кроме того, расчет Главного командного пункта минимум дважды в неделю ходил в учебный кабинет торпедной стрельбы….

             Особенно тщательно рассматривался каждый член экипажа органами КГБ, кадровыми комиссиями и отделом подготовки и комплектования старшинских и матросских кадров. Как-то в это время один из наших офицеров пригласил на свой день рождения всех офицеров с лодки с женами. В последнюю очередь он подошел ко мне с таким же предложением. Я не отказался, хотя часть людей мне мало была знакома, а к другим я имел серьезные претензии по службе. Но на лодке офицерский состав должен быть сплоченным единым коллективом. Каж­дый должен доверять друг другу. Не должно быть никаких отдельных групп и компашек….

             19 июля на Северный флот прибыл Первый секретарь ЦК КПСС, Председа­тель Совета Министров СССР Хрущев Н.С. вместе с Министром Обороны Мар­шалом Советского Союза Малиновским Р.Я., Главнокомандующим ВМФ Адми­ралом флота Горшковым С.Г., Начальником Главного Политического управления Советской Армии и ВМФ генералом армии Епишевым А.А.

            20 июля в Гремихе Никита Сергеевич вручил высокие государственные награды экипажу подводной лодки «К-3» за ее подледное плавание к Север­ному полюсу. Первому заместителю Командующего флотом контр-адмиралу Петелину А.И., командиру лодки капитану 2 ранга Жильцову Л.М. и коман­диру БЧ-5 инженер-капитану 2 ранга Тимофееву Р.А. были присвоены высо­кие звания Героев Советского Союза. Мы были рады за наших товарищей-подводников.

            Высокие гости побывали и у нас в Ягельной. Команды лодок были пост­роены в форме 1-го срока на кормовых надстройках, жители поселка собра­лись на сопках. Катер с гостями промчался мимо нас в Сайда-губу и, развер­нувшись, вновь прошел мимо лодок в Кольский залив. Катер шел быстро, и рассмотреть кого-либо было трудно, но все видели, как Хрущев приветствен­но махал шляпой. Потом еще долго политработники объясняли всем об ока­занном нам внимании членами правительства и лично Никитой Сергеевичем Хрущевым. Посещение военно-политическим руководством СССР подводни­ков Северного флота предкризисным кубинским эхом прокатилось по всему миру.

            После посещения высоких гостей командование приступило к усиленной подготовке эскадры. Все началось с организации спортивной олимпиады и со смотра-конкурса художественной самодеятельности экипажей.

             Активное участие во всех этих мероприятиях принимал сам командир эскад­ры. Вручались призы, грамоты и объявлялись благодарности за спортивное и художественное мастерство. Замысел всех этих дел трудно было понять: то ли это была форма маскировки, то ли подготовка к предстоящим дружественным встречам с кубинцами.

             В конце августа из Ленинграда вернулся капитан 2 ранга Курдин К.Б. Он поступил в Военно-морскую академию и приехал сдавать свою лодку новому командиру капитану 3 ранга Кириллову Г.Д. Передача дел прошла с участием всех командиров 18 дивизии. 285-ым экипажем стал командовать капитан 2 ран­га Толоконский А.М. Еврей по национальности, он был прекрасным и добрым товарищем, как-то сразу вошедшим в дружный коллектив командиров.

             Между тем, обстановка обострялась. 11 сентября ВМФ СССР был приве­ден в повышенную боевую готовность. На эскадру прибыл Первый Замести­тель Главнокомандующего ВМФ адмирал Фокин В. А. Он лично побеседовал с каждым командиром подводной лодки и командирами кораблей, входящих в 20-ю эскадру. Беседа со мной состоялась во флагманской каюте плавбазы «Дмит­рий Галкин». Я вошел в каюту в назначенное время и представился. Виталий Алексеевич встал, пожал мне руку и сказал:

—А, старый знакомый! Знаю, знаю, что вы здесь, садитесь, пожалуйста, поговорим.

Он подробно интересовался обстановкой на корабле, характеристикой каждого офицера,) а затем коротко обрисовал обстановку в Карибской зоне и обратил внимание на возможное противодействие американских сил, осуществ­ляющих блокаду Кубы.

—Будете развернуты на постоянное базирование в кубинский порт Мариэль. Маршрут похода и порядок применения оружия находятся в пакете, выдан­ном вам, который вскроете по сигналу с отходом от пирса. Есть какие-либо воп­росы и пожелания? Кстати, как у вас обстоит дело с квартирой?

—Квартиры ни у меня, ни у офицеров нет, — ответил я.

—Какая у вас семья?

—Жена и сын.

—Где хотели бы жить?

—В Киеве! — ответил я, особенно не задумываясь.

—Хорошо. Будете иметь двухкомнатную квартиру в Киеве. Что же касается остальных офицеров, сегодня же подайте мне обстоятельное ходатайство.

—Есть еще вопросы?

У меня было желание сменить старшего помощника, большого любителя по части выпивки, но я об этом говорить не стал, а сказал, что у старпома истекает последний срок для обучения на командирских классах.

—Что же, — хитро посмотрел на меня Фокин, — избавиться от него хочешь?

—Хочу, — сказал я..

—Хорошо я тебе помогу, — адмирал не стал уточнять причину.

На этом аудиенция закончилась. К сожалению, это была наша последняя встреча.

На командирских классах уже месяц шла учеба, как вдруг пришла телеграм­ма от Главнокомандующего ВМФ, где было приказано откомандировать старпо­ма на классы. Одновременно ко мне был назначен старпомом капитан 3 ранга Мурашин Юрий Иванович. В последствии он показал себя способным, грамот­ным офицером и, главное, свободным от недостатков предшественника. Коман­дир 18 дивизии контр-адмирал Пархомюк, добрый и проницательный человек, еще долго допытывался у меня, а не с моей ли подачи произошла смена старпо­мов. Но я упорно показывал на Управление кадров.

Я специально остановился подробно на беседе с адмиралом Фокиным В.А., так как в прессе со ссылкой на беспамятных и несведущих людей не раз говори­лось, что никто с командирами перед развертыванием на Кубу не беседовал, и никто не знал, когда и в случае чего применять оружие. Это неправда

                 К 25 сентября появились данные, что дизельные ракетные подводные лодки пр.629  в поход не пойдут. С 25 сентября по 7 октября решался вопрос с выходом 18 дивизии и, наконец, он был отменен. Лодки дивизии рассредоточили в Мотовском заливе. Не было уверенности что и лодки пр.641 будут направлены на Кубу, в двадцатых числах сентября в неоднократно откладывающийся отпуск разрешили отбыть командиру «Б-130» Николаю Шумкову. Бывший командир подводной лодки «Б-4» капитан 1 ранга в отставке Рюрик Александрович Кетов вспоминал: «Подготовка операции подобного размаха потребовала привлечения широкого круга лиц. Понятное дело, соблюдался режим секретности. Однако о предстоящем походе на Кубу знали многие. Мы, командиры, занимались теоретической подготовкой, изучали особенности районов плавания. Но затем главное командование уведомило, что дивизия ракетных подлодок на Кубу не пойдет, а миссию предстоит выполнить лишь нашей бригаде. И тут принялись играть в сверхсекретность. Нас выкинули из Полярного в дальнюю губу Сайда. На берегу - оцепление. О целях и задачах похода - ни слова. Незадолго до выхода распорядились перегружать продовольствие, чтобы увеличить автономность. А у нас все уложено. После той ночной перегрузки экипаж падал от усталости». Флагманскому штурману бригады капитану 3 ранга Любичеву приказано было получить штурманские карты. Оказалось, что это полный комплект карт всего Мирового океана, - дабы никто из моряков не догадался, куда проляжет их маршрут. Стали циркулировать слухи, будто бригаду перебазируют в какой-то африканский порт. На лодках прошли перетасовки командного состава, на «Б-59» был срочно сменен командир, вместо капитан 2 ранга Енина на эту должность был назначен капитан 2 ранга Савицкий, на «Б-130» сменили одновременно замполита капитана 3 ранга Ю.Сидоренко по состоянию здоровья и старпома капитан-лейтенанта С.Кулешова за неуставные отношения, на «Б-36» был сменен командир электромеханической боевой части.

                 В конце сентября сменилось командование 69 бригадой в связи с тем, что при­бывшего с инструктажа из Москвы контр-адмирала Евсеева И. А. положили в североморский госпиталь на операцию. Ему почему-то срочно потребова­лась операция коленного мениска — хрящевой прокладки между суставами ко­лена. В результате травмы или давней травмы может произойти ущемление мениска и тогда коленный сустав не согнуть и не разо­гнуть. Требуется операция. Было ли такое положение у Евсеева — этого никто не знает. Во всяком случае он один знал всю обстановку по маршруту перехода лодок. Он должен был довести ее до командиров даже с защемленным менис­ком. К сожалению, он этого не сделал, безответственно относясь к своему долж­ностному и служебному долгу. Естественно, командование ВМФ само, находясь в шоковом состоянии, Евсеева не пощадило. Судя по всему, Евсеев сильно пере­живал и после увольнения в запас скончался на 46 году жизни.  Новым командиром был назначен коман­дир 211 бригады подводных лодок капитан 1 ранга Агафонов Виталий Наумо­вич.

                 30 сентября в час ночи В.Н.Агафонов прибыл на плавбазу «Дмитрий Галкин», к борту которой были ошвартованы «Б-4», «Б-36», «Б-59» и «Б-130». Ближе к обеду на плавбазу прибыл ад­мирал Фокин В.А. и начальник штаба флота вице-адмирал Рассохо А.И. Коман­дование бригады собрало на стенке личный состав лодок. Перед ними с напут­ствующими словами выступил адмирал Фокин: «Товарищи! Бригаде предстоит выполнить ответственное правительственное задание: скрытно пересечь океан и прийти к новому пункту базирования в одной из дружественных стран. Обстановка сейчас мирная, но надо быть готовыми к выполнению любой задачи. Желаю счастливого плавания!».  С роспуском людей начали приготовление лодок к походу и погружению. После ужина лодки бригады нача­ли выходить на внешний рейд, но на «Б-130» командира еще не было. Капитан 2 ранга Шумков Н.А. находился в отпуске и  его извлекли из Крыма и доставили на плавбазу к момен­ту, когда наступил черед отхода его лодки. На борту плавбазы стояли адмиралы и все командиры 18 дивизии, прощаясь со своими товарищами. Командовавший тогда «Б-36» Алексей Федосеевич Дубивко вспоминал: «Наконец, около полуночи 1 октября с интервалом приблизительно в 30 минут лодки начали покидать Сайда-губу. Ходовых огней не включали. Шли в снежном заряде и полной темноте. И не под дизелями, а под электромоторами. Все эти меры предпринимались для обеспечения скрытности. Однако у меня не было уверенности, что наш выход остался незамеченным. Позже выяснилось, что оперативно-дежурная служба флота, вахты постов и кораблей зафиксировали факт «скрытного» выхода бригады. А это десятки военнослужащих! Вот почему не исключаю, что «супостату» было известно время начала нашего похода.» Источник информации не обязательно мог быть агентурным. К тому времени у Кольского залива ВМС США и других стран НАТО уже держали на постоянной основе подводные лодки, которые караулили советские корабли и сообщали об их передвижениях своему командованию.

                 К моменту выхода 69 бригады в Карибском море уже находилась и незамет­но вела разведку дизельная подводная лодка пр.611 «Б-75» (капитан 2 ранга Натненков Н.И.) СФ. Приказ о подготовке «Б-75» к плава­нию на полную автономность (90 суток) поступил в начале июня 1962г., срок вы­хода был назначен на 18 июня. Готови­лись серьезно, достаточно сказать, что по состоянию здоровья пришлось заме­нить 11 человек, в том числе двух офи­церов, четырех старшин и пять матро­сов. Между тем выход корабля откла­дывался. В начале июля пришлось да­же поучаствовать в учениях в Баренцевом море, выполнить стрельбу тор­педами, что, в общем, было в пользу, так как повышало практические навы­ки личного состава в обслуживании своих боевых постов. 18 августа лодку посетил командующий Северным флотом адмирал В.А.Касатонов. Он внимательно проверил все отсеки, все боевые посты, затем со­брал офицеров и разъяснил, что нам предстоит пройти вблизи морской границы восточного побережья США с целью обнаружения там акустических станций, а далее действовать по спе­циальному заданию, которое будет в пакете и с которым мы должны озна­комиться при выходе из базы. В день выхода на подводную лод­ку прибыли флагманские специалисты бригады и эскадры с целью проверки техники и личного состава к выполне­нию задач в автономном плавании. В 21.00 29 августа 1962 г. подвод­ная лодка «Б-75» отошла от причала Екатерининской гавани г.Полярного. Когда вышли из Кольского залива и легли на курс по направлению в Ат­лантику, командир вскрыл «заветный» пакет и узнал куда и зачем идет.


ОГЛАВЛЕНИЕ

Copyright Infantry Club © 2007-2010
Используются технологии uCoz